| Херренг-2009, week 3. |
[Jul. 20th, 2009|02:55 am] |
И на фиг кат в три часа ночи.
За весь Херренг - не:
…не слышала ни разу звука поганых цокающих шпилек
…не видела ни одной пары обуви из поганого кожзаменителя, и ни одного поганого делового костюма
…не видела ни одной приставучей русской бабы, обслюнявливающей иностранцев
…не съела ни одной противопростудной таблетки и не заболела
…не знала заколдобленных партнеров, не знающих, что такое баунсинг
…не было ни одной мысли о том, что надо экономить деньги – тратить их на что-то, кроме апельсинового сока, не было сил
…не было ни одного занятия «мимо»: Дэкс, Стрем, Хенрик-Йоханна. Митчелл (говорят).
…не было ни одной минуты ощущения «ни пришей, ни пристегни»
…не было ни одной свободной минуты
…ни одного козла на танцполе
…ни одного проклятия в адрес погоды
…ни одного случая недостатка в чистой одежде
…не бросалась на людей, ну разве что в последний день с обеда, но только предварительно попросив прощения.
Душ на поле был негорячий только пару раз, но именно в эти разы он был горячий в джиме. Страдальцы, помните: на поле есть все!
Проклятое офисное рабство сделало мой организм идеальным для лагерей: мозг мог поспать часик где-нибудь у стенки или в автобусе и потом радостно нести бодрую тушку на новые занятия. Потом часов через двадцать поспать еще пару часиков и погнать на вечеринку, прихватив три сменные футболки.
Ну да, может быть, дело в том, что мне попалась офигенная группа адванс-3, - то есть партнеры, которые уже отлично танцуют, но в тоже время все еще хотят учиться, и готовы учиться самым простым вещам заново. Как же я полюбила этих офигительных чуваков!
А ведь еще и кросавчеги ))))
Дэкс, говорят, что два года прожил в Японии, занимаясь изучением превращения энергии в танце. Его ведение похоже на акупунктурный массаж. ХЗ, на какие он там точки нажимает, но кажется, что ему не нужно даже прикасаться к партнерше, чтобы она повернулась, куда ему надо.
И он действительно он что-то делает с энергетикой музыки, как и Митчелл: после него она начинает заводить в десять раз сильнее. Еще час после танца с Дэксом я летала по банану не помня себя – кажется, даже не успевая доходить до стенки после очередного фаста.
Стрём опять вылавливал питерских партнерш с первого же свингаута и традиционно пресекал лишний жопокрут. Как-то явно хорошо и ненапряжно ему было – в последний день вообще забил на все свои связки и сказал – а потанцуйте-ка мне свингаут, и я скажу, как мне нравится больше ;-)))
Вообще, по моим наблюдениям, в каждом годе в Херренге – новая неофициальная звезда, своего рода «человек-открытие»: в 2006 это был Скай с Фридой, в 2007 – Стрем, 2008 – не знаю, меня там не было, 2009 – однозначно Дэкс. Дэкс, кажется, хороший мальчик. Они долго с Федей философствовали за бананом про смысл линди-хопа, пока Алиска использовала папу как дерево.
Федя жег напалмом на банане до последней партнерши и сказал, что это его лучший Херранг за все годы. Оттанцованная русская диаспора блаженно икала. Как, впрочем, и все его кореянки, потанцевать с которыми он особенно стремился и кажется, ит воз саксессфул)))
Понятие «Рашн китчен» уже неактуально. Скоро будет «рашен филд», потому что приехавшие в Херранг русские теперь помещаются все целиком только на футбольном поле. Туса у Фединой палатки прекращалась только поздним утром, когда комары уже не могли двигаться от выпитой крови.
Отъезд наш прошел вообще отлично, в истинном херранг-стайл.
Мозг в последнюю вечерину как-то весь ушел в ребра ступней – помню с трудом, как часов в пять утра я бегала за Димой Смолиным с воплем «Дима, можно еще раз для тупых?», размахивая расписанием автобусов и ручкой, которой я хотела записать время отправления. А за мной гонялось еще человека три с вопросом о том, когда же я, б…, наконец решу, на каком автобусе лучше уехать… И что бы было, если бы Дима не встретился мне случайно на крыльце?...
Боженька в этот день, видимо, встал пораньше и решил последить за придурками.
Притащилась к себе, вестимо, в 6 утра, за 3 часа до отъезда. Упала в чем была, включая кенгуру и шарфик. Через час явился крошка Шлю, поводил перед моим сплющенным носом оранжевой волонтерской футболкой, сказал, что он пришел только один раз, и уехал мыть мужской сортир в Джиме.
Встала в чем была, умылась, потрамбовала вещи комками в сумку. В процессе трамбовки в комнату из душа явился бугер Фрэнк в натуральном виде, и я немедленно позабыла про групповой билет на паром, оставшийся лежать на полу. Если б я не выскочила нервно покурить на крылечке и вовремя о нем не вспомнила, восемь русских человек, собиравшихся уехать домой, точно пали бы жертвой очарования бугера Фрэнка… ;-)))
Наверное, наш Фрэнки все-таки был бугер, потому что всю нашу неделю он волонтерски чинил байки и все остальное время лежал на кровати, ни с кем не здоровался и все время спал, завесившись полотенцем. А на велике у него было написано Born to be wild, и только к последнему дню выяснилось, что он умеет разговаривать и даже улыбаться. Особенно нежно он улыбнулся мне в полдевятого, когда ему пришлось встать на час раньше, чтобы успеть забрать у меня велик – ну, вестимо, я проебала его сдать накануне как положено.
Когда никто их обещавших не явился помочь мне с сумкой, в 8.30 я обозрела русское поле, усыпанное телами павших, и воззвала к великому и благородному Дееву, который пробудился, надел штаны, взял мою сумку и довез ее до остановки, пока я сдавала велик. И еще сбегал к Джиму предупредить Литвинову, что я уже стою на остановке, а не у
джима, где мы договаривались…. Как он узнал, что я сказала разным людям разное место встречи?!
Соскребли деактивированную Настю, вошли в автобус, поехали… И прошли весь путь в общем неплохо, - когда Настя на первой же станции метро проебала сумку с деньгами, ее паспорт оказался в чемодане; когда Литвинова забыла в Пицце-хат свой пиджак, туда ему была, старому, и дорога; а когда Ленка забыла на пароме куртку, она успела за ней вернуться. Ну и проспавшая Ира Греханова, не говорящая по-английски, оказалась все-таки на терминале, найдя компанию, уезжавшую позже.
А может быть, Боженька в этот день и не ложился?...
Была в этот раз в Херренге и беда. Но о ней я, наверное, смогу написать позже. Про человека, у которого был инфаркт, и про то, как все это было, потому что вышло так, что мы хотели, но не смогли уйти домой, когда всех прогнали, и были в Бедламе, пока не улетел вертолет. Тема смерти и танцев в этот раз была связана не только с этим человеком. Был еще Френки Мэннинг – именно тем, что его не было. На следующую ночь верхний зал, в котором все произошло, был почти пуст, и я сидела в кафе, зажевывала брауниз, как картошку, и думала про смерть, танцы и короткую жизнь. Про это – все-таки позже. Кстати, в Фолкетсе наверху до сих пор почти никто не танцует. |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
wwwinni's journal
